Разрушение веры и святынь – из истории завоевания коми-пермяков Московией

Разрушение веры и святынь – из истории завоевания коми-пермяков Московией

 

Лебедев К. Освоение русскими новых земель. 1904 г.

Одним из важнейших инструментов экспансии Московского государства была церковь. В авангарде московского колониализма шли священники, за которыми следовали вооруженные до зубов основные силы.
Завоевание Великой Перми – яркий пример взаимодействия церковной и светской власти Московии с целью захвата чужих земель.
Пермь издавна привлекала московитов как источник ценного меха, или, как тогда говорили, – «рухляди». На дани взымаемой рухлядью – ясаке, держалась вся экономика Московского княжества, подобно тому, как экономика современной РФ выстроена на торговле нефтью и газом.
Кроме того, Великая Пермь была кратчайшим путем из Московии в Сибирь, а также важнейшим узлом, позволявшим контролировать всю уральскую торговлю.

Карта княжества Великая Пермь

Судьбу княжества коми-пермяков решили события 1472 года, наиболее полное описание коих содержит Никоновская летопись.
«Того же лета, Иулиа 26, прииде весть великому князю из Перми, что воевода князь Федор Пестрой землю Пермскую взял. А пришел в землю ту на усть-Черные реки на Фоминой неделе в четверток, и поиде оттуду на коних на верхнюю землю к городку Искору, а Гаврила Нелидова отпустил на нижнюю землю на Урос, на Чердыню да на Почку, на князя на Михаила. Князю же Федору не дошедшу еще городка Искора, и сретоша его пермичи на Колве ратью, и бысть им бой между собою, и одоле князь Федор и поимал на том бою воеводу их Кача. И оттуду князь Федор поиде таки ко Искору и взять его и воиводы их поимал, Бурмота да Мичкина, а Зынар по опасу пришел к нему; поимал же и иные городки и пожегл. А Гаврило, шед, те места повоевал, на которые послан. И потом прииде князь Федор на устие Почки, где впала в Колву, и сождася тамо со всеми своими, а поиманих туто же преведе; срубивше ту городок, седе в нем и приведе всю землю ту за великого князя. И оттуду послал князь Федор князи Михаила к великому князю и тех Бурмота и Мичкина и Кача и сам остался тамо в городке Почке, а что имал у тех у Бурмота и Мичкина и Кача, а то послал к великому князю: 16 сороков соболей, да шубу соболью, да пол-30 поставов сукна, да 3 пансыри, да шелом, да две сабли булатные». (Никоновская летопись. 1901 – С. 148).
С первого взгляда может показаться, что речь идет о военной экспедиции, в ходе которой были захвачены важнейшие крепости Великой Перми. Однако видимость оказывается обманчивой.

Пермская эмблема. Царский титулярник 1672 года.

«Городки» Чердынь и Искор не имели никаких военных укреплений, и были самыми, что ни на есть, мирными объектами. Археологические раскопки в начале нынешнего тысячелетия со всей убедительностью свидетельствуют – Чердынь и Искор были сакральными центрами, и служили исключительно для совершения обрядов извечной религии коми-пермяков. Никаких оборонительных укреплений «городки» не имели.
Как показано Корчагиным и Шабуровой, (П.А. Корчагин, Е.В. Шабурова. Вехи крещения и христианизации Перми Великой XV — нач. XVIII в.: археологический и искусствоведческий аспекты. – Труды Камской археолого-этнографической экспедиции. Пермь: 2009. № 6. – С. 193), удар по святыням был нанесен во время важных языческих празднеств коми-пермяков.
Главной целью военной экспедиции московитов было уничтожение и надругательство над святынями Великой Перми. Разрушение традиционной религии коми-пермяков делало дальнейшее их порабощение вопросом чисто техническим.
Уничтожение святилищ сопровождалось огромным пропагандистским эффектом: раз боги коми-пермяков не смогли защитить себя, куда уж им оборонять простых людей. А раз так следует вверить себя более могущественному богу, а точнее его представителю на Земле – князю Московскому.
Говоря современными терминами, поход Федора Пестрого был операцией в большей мере информационной, нежели обычной, войны. Операцией успешной – хотя еще некоторое время Пермью Вычегодской продолжали править князья местной династии, княжество попало в прямую зависимость от Московии.
Великая Пермь стала важнейшим плацдармом для завоевания соседних земель. В дальнейшем, именно отсюда было совершено шесть походов с целью покорения зауральской Югры и сохранявших независимость пермских территорий. Следом за ними пришел черед распрощаться с независимостью Великого Новгорода.

Великая Пермь и Пелымское княжество

Поход Федора Пестрого был лишь одним из завершающих аккордов длительной агрессии Москвы против Господина Великого Новгорода, в зависимости от которого находились земли коми-пермяков.
Еще в 1383 г. «приде Стефан до митрополита до Москвы для новокрещении пермяки епискупа просити. Пимен митрополит с князем с Дмитрием сразсудив, поставил его Стефана епискупом пермскую землю» (Вычегодско-Вымская летопись // Истор.-филол. сб. Сыктывкар: 1958. Вып. 4. – С.259).
Это было прямым попранием прав новгородской епархии. В 1385 году новгородцы совершили два неудачных военных похода, в результате которых, скрепя сердцем, согласились с контролем над землями пермяков поставленным Москвой епископом.
Духовный владыка фактически выполнял функции наместника московского князя: собирал пошлины, вершил суд и даже ведал вопросами обороны.
Сей наместник полностью поддерживал государя Московии, о чем свидетельствует факт проклятия епископом Питиримом соперника московского князя Василия II Темного – Дмитрия Шемяки в 1447 году. Пермский владыка даже благословил и снарядил рать против Шемяки в 1450 году.
Рвение Питирима было замечено соседями, стремившимися отстоять свою независимость. В 1455 году вогуличи (старинное московское название народа манси) совершили поход в пермские земли, и ликвидировали епископа, ревностно служившего князю московскому. «Приездил владыко Питерим в Великую Пермь на Чердыню крестити ко святей вере чердынцов. Тово лета шли на Пермь безвернии вогулечи, Пермь Великую воевали, Питерима идуще с Перми поимали и убили».
Что, впрочем, не остановило ни московского князя, ни подчиненную ему церковь. Уже в 1462 году «владыко Иона добавне крести Великую Пермь постави им церкви и попы и княжат Михайловых крести» (Вычегодско-Вымская летопись // Истор.-филол. сб. Сыктывкар: 1958. Вып. 4. – С.261 – 262).
Вскоре за этим последовал поход Федора Пестрого нанесший смертельную рану традиционной вере коми-пермяков, а заодно их государственному суверенитету.
Правление местных князей, признавших вассальную зависимость от Москвы, длилось сравнительно не долго. Через три десятилетия, в 1505 году, московский князь Иван III окончательно отстранил от власти местную династию – «свел с Великие Перми вотчича своево князя Матфея и родню и братию ево», и назначил править землями коми-пермяков своего наместника Василия Коврова.
Дальнейшая история для коми-пермяков сложилась относительно благополучно – в отличие от мери и чуди, они не были полностью ассимилированы, и сохранили свою этническую идентичность до наших дней.
Не исключено, что полная ассимиляция московством коми-пермяков вопрос лишь относительно непродолжительного времени. Согласно переписи 2010 года из 95 тысяч лиц признавших себя коми-пермяками, родным языком владело лишь две трети – 63 тысячи человек.

Эмблема Пермской земли. Саадачный покровец, около 1626 года.

Подводя итоги, отметим, что информационная, или идеологическая война, явление совсем не новое. Разрушение, с ее помощью, традиционной культуры, языка, религии народа может иметь для этноса последствия не менее катастрофические, чем открытая военная агрессия.
Коми-пермяки пока что не исчезли с лица Земли как меря, мещера, мурома или чудь заволочская. Но возможно, в исторической перспективе, московская колонизация не дала шанса Великой Перми развиться в такую же успешную державу как Финляндия – государство другого финно-угорского народа.

Поделитесь в социальных сетях:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *